Best-contractor.ru

Развлекательный проект

Метки: Театр музкомедии санкт-петербург фото зала, театр музкомедии санкт-петербург афиша на март 2016, театр музыкальной комедии афиша на январь 2016 спб.

Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии

Место нахождения Россия, Санкт-Петербург, Итальянская улица, дом 13.
Основан 1929
Директор Шварцкопф Юрий Алексееви
Главный режиссёр Исаков Александр Борисович
Главный балетмейстер Романовский Владимир Валентинович
Главный хормейстер Нефедов Алексей Валерьевич
Сайт Официальный сайт
Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии на Викискладе

Теа́тр музыка́льной коме́дии — театр Санкт-Петербурга, основу репертуара которого составляют оперетты.

Содержание

Труппа

История

Здание и открытие театрального помещения

Это один из старейших театров России, не только Санкт-Петербурга.

Здание театра Музыкальной комедии было построено в 1799–1801 годах предположительно по проекту русского архитектора Е. Т. Соколова. Новый дом стал одним из многочисленных доходных домов. Почти через полвека, в 1842–1846 годах, по проекту итальянского архитектора Л. Вендрамини он был перестроен. Ещё через пятьдесят лет, в 1892–1896 годах, здание было капитально отремонтировано и частично перепланировано по проекту русского архитектора А. Хренова. В 1896 году дом приобрел Великий князь Николай Николаевич, внук Николая I, и впоследствии подарил его своей фаворитке, известной актрисе Александринского театра М. Потоцкой. По всей вероятности, в этот период по желанию Великого князя интерьеры второго этажа были заново отделаны и приобрели вид роскошных дворцовых апартаментов. После сильного пожара 1910 года здание было передано в городскую казну. По проекту русских инженеров И. Бальбашевского и А. Максимова внутренние помещения были перестроены. <…> На втором этаже нового петербургского театра, открытого 18 декабря 1910 года и названного «Палас-театр», игрались оперетты с участием лучших артистов столицы: М. Рахмановой, В. Кавецкой, Е. Зброжек-Пашковской, А. Брагина, М. Ростовцева, Ю. Морфесси. А на первом открылся ресторан с кабаре, в котором выступали актёры различных жанров. В 1920 году здесь работал Государственный театр комической оперы под руководством К. Марджанова. А в 1921 году в подвальном помещении устроили кабаре «Хромой Джо», сразу ставшее знаменитым. Здесь после спектаклей, ведущие актёры петроградских театров каждую ночь разыгрывали небольшие веселые сценки и интермедии. А на сцене, в основном, ставилась неовенская оперетта. В 1929 году здесь обосновался только что организованный «Мюзик-Холл», музыкальной частью которого заведовал композитор И. Дунаевский, хореографической — К. Голейзовский. Среди участников программы нового театра значился и Теа-джаз под управлением молодого Л. Утесова. <…> Санкт-Петербургский государственный театр Музыкальной комедии был организован осенью 1929 года в здании бывшего Народного дома и открылся 17 сентября одной из лучших оперетт того времени - «Холопкой» Н. Стрельникова. <…> Художественным руководителем нового коллектива вскоре после открытия стал один из виднейших деятелей оперетты, режиссер и актёр, А.Н. Феона. Лишь в течение трех лет, с 1931 по 1933 гг., театр возглавлял Моисей Осипович Янковский[3].

В довоенные годы танцевальные номера в спектаклях с грузинскими народными танцами ставил И. И. Сухишвили.

Театр музыкальной комедии в годы блокады

Когда пришла война

Михайлов и Королькевич в артистической уборной

Миссия, выпавшая на долю ленинградской Музыкальной комедии в период Второй мировой войны, беспрецедентна не только в истории оперетты, но и всего мирового театра. В первые месяцы войны ленинградские театры были эвакуированы вглубь страны. Именно оперетте, самому весёлому и зажигательному искусству, пришлось пройти с родным городом весь его тяжкий путь, презрев огонь и смерть, стать театром-бойцом.[4]

На следующее утро после объявления войны в театре состоялось собрание. Г.С. Максимов, директор театра, Н. М. Антонов, А.Н. Феона, Г.М. Полячек и другие работники театра, выступавшие от имени коллектива, дали клятву сделать всё для разгрома врага. Выражая общее мнение, режиссёр В.С. Васильев предложил: «Товарищи, давайте сформируем концертные бригады. Будем играть перед бойцами где только можно — в частях, на вокзалах, на сборных пунктах. Отдадим наше искусство фронтовикам». Предложение было встречено с энтузиазмом. В тот же день были даны первые концерты для воинов.[5]

Осенью 1941 года работа была коренным образом перестроена. Параллельно со спектаклями и репетициями актёры овладевали винтовкой, навыками тактики боя, оказания первой помощи раненым, тушения зажигательных бомб. Дежурили в вестибюле, на крыше и других пожарных постах, разбирали завалы, помогали выносить пострадавших от бомбёжек и обстрелов.[4] В то же время труппа театра репетировала оперетту Кальмана «Марица». Ровно в 11 часов утра начинался прогон; в три репетиция кончалась и большинство актёров уходило на мобилизационные пункты и в госпитали, где давались дневные концерты.[6]

Осенью спектакли стали начинаться раньше — в три или четыре часа дня, — но не всегда заканчивались в тот же вечер: воздушные тревоги всё чаще прерывали действие.[7] Вскоре тревоги из неожиданного события превратились в обычное явление. Актёры уже не обращали внимания на вынужденные антракты и продолжали действие с оборванной реплики после очередной тревоги, как будто спектакль и не прерывался.[8]

За период с июля по сентябрь были показаны три премьеры: «Ева», «Принцесса долларов», и «Марица» в постановке Феона. В ноябре, когда в городе начались проблемы с продовольствием, вышла премьера — «Три мушкетёра».[4] Богданов-Березовский писал в «Ленинградской правде»: «Весёлые и бодрые „Мушкетёры“ — отличная постановка, вполне своеобразный, дающий зрителю хорошую эмоциональную зарядку спектакль». Рецензия появилась 9-го декабря, а двумя днями ранее, когда исполнялась та же оперетта, в антракте умер артист хора А. Абрамов.[9] Были и другие случаи голодной смерти во время спектакля, за кулисами. Но ни разу не был отменён ни один спектакль.[10]

Когда участились воздушные тревоги, обнаружились неудобства здания Музыкальной комедии на улице Ракова: своего бомбоубежища здесь не было, зрителей приходилось отправлять в убежище расположенной по соседству Филармонии.[11] А 5-го ноября от упавшей неподалёку фугасной бомбы сильно пострадало здание театра. Взрыв повредил центральное отопление и водопровод; залило репетиционный зал балета, уникальную нотную библиотеку, склад декораций и реквизита, гардероб.[12] 24-го декабря начальник Управления по делам искусств П. Рачинский подписал приказ: « В целях обеспечения бесперебойной нормальной работы Ленинградского государственного театра музыкальной комедии приказываю: § 1. Предоставить Театру музыкальной комедии во временное пользование помещение Государственного академического театра драмы им. А. С. Пушкина…» [13]

Новое помещение имело очень толстые стены и хорошее бомбоубежище. Но тепла не хватало и здесь. Артисты делили спектакли на «тёплые» и «холодные» — в зависимости от того, каких одежд требовала пьеса.[13] Нина Пельцер — танцовщица театра, в начале зимы почувствовала, что отмораживает ноги. Начальник трамвайной службы Сорока, на её просьбу «Спасите мои ноги!», выписал ей пару огромных мужских валенок.[14];[15]

С переходом коллектива в новое помещение темп работы усилился. Шла работа над новой опереттой «Любовь моряка» Бенацкого, начались репетиции «Периколы». Всё так же игрались «Холопка», «Три мушкетера», «Баядера», «Сильва» и другие. Грим замерзал, и для того, чтобы наложить тон, приходилось отогревать его на груди. Голос садился в середине арии. 31-го декабря в 19 часов 15 минут в здании театра им. Пушкина силами артистов Музыкальной комедии был дан большой новогодний концерт.[16]

Концертные бригады

Концертная бригада в госпитале, 1942 год

В середине января 1942 года театр перестал получать электроэнергию. Спектакли пришлось прекратить.[17] По тёмному зданию театра понуро бродили актёры. Это грозило моральной смертью, и актёров нужно было загрузить работой. Вместо одной репетиции назначали в день по две и три. Упорно продолжались музыкальные и хореографические уроки. Всех актёров разделили на концертные бригады, выехавшие обслуживать части Красной Армии. .[18] Артистов театра можно было увидеть в те дни на кораблях в Кронштадте и на Неве, на переднем крае обороны в районе Рыбацкого и у Пулковских высот, на Карельском участке фронта и в районе больницы Фореля.

Певица Тамара Сальникова так вспоминает те дни: «Когда в театре погас свет и прекратились спектакли, мы почти ежедневно, а иногда по нескольку раз в день выступали перед фронтовиками. Исполняешь „В землянке“ Листова, „Играй, мой баян“ Соловьева-Седого или зажигательную „Карамболину“ из „Фиалки Монмарта“ Легара и видишь, как теплеют глаза бойцов, чувствуешь — им нужно твоё искусство. Нередко бойцы делились с нами своим скромным фронтовым пайком. Тот, кто провёл в Ленинграде блокаду, знает, чем была для нас ложка горячей пшенной каши».[19]

Одна из бригад, в которую входили Колесникова, Кедров, Янет, Пельцер, Свидерский и Максимов, выехала на Ладогу, где строилась знаменитая «дорога жизни». Если не считать нерегулярных самолётных рейсов, то эта дорога единственная связывала Ленинград с «Большой землёй». По ней шло в город продовольствие, топливо, медикаменты. Это понимали те, кто обслуживал трассу, — кто работал на погрузке, на перевозке, кто следил за состоянием ледяного пути. Это понимал и враг. Он не оставлял дорогу без внимания — постоянно обстреливал её с берега, бомбил с воздуха. Редко бывало спокойно, но обычно в эти моменты, выступая немецким союзником, валил снег, мела метель. Не случайно про военно-автомобильную дорогу (ВАД) говорили: это не ВАД, это ад… [20] Вдоль дороги висели плакаты: «Водитель, помни! Каждые два рейса пути обеспечивают жизнь десяти тысяч ленинградцев. Борись за два рейса!» Эти плакаты встретили актёров на Ладоге в конце января.

Артистка театра Зинаида Габриэльянц вспоминает: « В конце февраля 1942 года я впервые увидела „Дорогу жизни“. Ехали мы в грузовике, обтянутом брезентом. Мороз был за 30 градусов. В центре кузова стояла печурка, которая всё время топилась. Ехали часов пять, тесно прижавшись друг к другу. А когда добрались до места и вышли из машины, то буквально замерли от неожиданности. Десятки машин с грузом шли вереницей по ладожскому льду к Ленинграду. Некоторые из них проваливались. Их вытаскивали и они вновь продолжали путь. „Дорога жизни“ действовала благодаря беспримерному мужеству, отваге, мастерству водителей машин, регулировщиков, связистов, тех, кто работал на её расчистке от снега, тех, кто её охранял. Восхищённые их подвигом, мы старались хотя бы немного порадовать героев трассы. Два дня, забыв об усталости, выступали на площадках, на автомашинах, всюду, где только было можно…» [21]

В здании, где была сооружена столовая и где предстояло выступать, пахло хлебом и чем-то варёным. Здесь уже был хлеб. Завтра его должны были доставить в город. Концерт слушали стоя. Те, кто очень устал, сели прямо на землю. В маленькой столовой помещалось мало народа. Пришлось без перерыва повторять программу, но публика всё прибывала. Программу повторили подряд в третий раз. Когда после уже шестого выступления за день, в помещение, где шёл концерт, вошла новая партия измученных работой людей и уставшие актёры хотели сказать, что следующий концерт состоится завтра, они вспомнили подвиги шофёров ВАДа и в седьмой раз сиплыми голосами, едва способные сделать лёгкий пируэт, повторили программу. Семь дней пробыла бригада на Ладоге, дав там 32 концерта. После прощального концерта был устроен большой митинг. На нём присутствовали грузчики, шофёры, строители. Выступавшие благодарили актёров.

— Мы привозим к вам хлеб. Вы нам привезли радость и веру в несокрушимость ленинградского мужества, — сказал один из выступавших. — Спасибо, товарищи! [22] В документе, подписанном начальником Управления фронтовой базы Ленинградского фронта батальонным комиссаром Леонтьевым и военкомом того же управления батальонным комиссаром Румянцевым, о концертах, данных 22 и 23 февраля, сказано: «Дорогие товарищи! Ваши выступления явились для нас приятным сюрпризом. Мы снова увидели вечно юного, жизнерадостного Александра Александровича Орлова, с восхищением любовались бурным пленительным мастерством Нины Васильевны Пельцер, слушали такой знакомый и обаятельный голос артиста Кедрова. Заразительный юмор вашего мастерства влили в нас волнующую струю бодрости, новой творческой энергии, которая помогла нам в день Красной Армии неплохо поработать и значительно увеличить количество тонн, вагонов и эшелонов продовольствия, отгруженных для трудящихся Ленинграда…»

«Концерты — концертами. Это приносит пользу, всюду — горячие отклики. Но ведь мы — театр. И первое наше дело — спектакли». Так считали руководители Музыкальной комедии. О том же думали и артисты. Минует кризис — можно будет продолжить работу — нужно готовиться к новому моменту.[23]

Жизнь продолжается, или «Раскинулось море широко»

Свидерский в роли Гриши («Раскинулось море широко»)

3-его марта в театре снова зажегся свет.[24] И 3-его же марта «Ленинградская правда» поместила объявление: «Возобновляет работу Театр музыкальной комедии. Завтра коллектив театра, руководимый засл. Арт. Республики орденоносцем Н. Я. Янетом, покажет ленинградскому зрителю оперетту „Сильва“. 5 марта пойдет „Баядера“, 6 и 7-го — „Три мушкетера“. Театр будет давать два спектакля в день. Начало утренних постановок в 11 ч. 30 мин., вечерних — в 4 ч. дня. Спектакли будут происходить в здании театра им. Пушкина».[25]

Георгий Максимов, директор театра, пишет: «Ежедневно у театрального подъезда вывешивалась афиша, которая в те дни писалась от руки. Спектакли давались дважды в день, чтобы наверстать вынужденный простой в феврале. Билеты — нарасхват. Каждый день в зрительном зале, кроме фронтовиков, — большие группы рабочих».[24]

Сколько писем — трогательных, наивных, искренних — получали в первые дни актёры. На сцену, вместо цветов, бросали перевязанные ветки хвои. Пельцер получила корзину, составленную из зелёных веточек ели и сосны. Когда корзину подали на сцену, Комков взял её, чтобы передать партнёрше, но тотчас опустил на пол. Корзина была невероятно тяжёлой. Когда в антракте её совместными усилиями принесли за кулисы, выяснилось, что под зелёными ветками лежат картофель, брюква, морковь и даже головка капусты.[26]

В течение марта — апреля были выпущены две премьеры: «Любовь моряка» Р. Бенацкого и «Продавец птиц» К. Целлера.[27] Но заветной мечтой оставалась новая советская оперетта на тему о событиях сегодняшнего дня. Но готового сочинения у театра не было. Предприняли попытку найти композитора и драматурга. Нашли, привезли на тележке в театр — сами они прийти не смогли. Начали работу, но оба автора с каждым днём слабели. Режиссёром был Янет, за музыку принялся дирижёр Логинов, а текст писал Гузынин. Пьеса понемногу двигалась. Вскоре её утвердили под названием «Лесная быль» — спектакль о дружной студенческой семье, ставшей партизанским отрядом.[28]

Спектакль оказался нужнее, чем даже предполагали его создатели. Несмотря на художественное несовершенство и музыки и пьесы, оперетта вызывала в зале слёзы и овации. В финале второго акта, когда по ходу действия партизаны шли в бой, актёры проходили через зрительный зал — так была построена мизансцена. Зрители вставали, приветствуя их, и это единение зала с действием спектакля придавало ему публицестически-призывное звучание. Спектакль нёс патриотическую идею, вызывал ненависть к врагу и жажду мести, и это делало его боевым оружием. Успех «Лесной были» заставил руководство театра задуматься над созданием не только актуального, но и художественно полноценного спектакля. По инициативе Янета и директора театра Максимова обратились к находившимся тогда в Ленинграде драматургам Всеволоду Вишневскому, Александру Крону и поэту Всеволоду Азарову с просьбой написать для театра пьесу.[29] Предложение написать оперетту они встретили несколько растерянно — никто из них не знал жанра, но каждый имел о нём не очень лестное представление. Однако после того, как они получили задание от Политуправления Балтийского флота, ничего не оставалось, как засесть за работу. Но прежде надо было хоть в общих чертах познакомиться с жанром. Драматурги в течение августа пересмотрели весь небогатый репертуар той поры, попутно знакомясь с возможностями труппы. «Театр даёт битковые сборы и даёт в блокаду до девятисот тысяч прибыли», — не без удивления отмечает Вишневский в своём дневнике четвёртого августа.[30]

Однако то, что было задумано драматургами, даже в самой малой степени не походило на оперетту. Произошла удивительная вещь — впервые придя в незнакомый жанр, они сумели не подчиниться его канонам, отличить главное от наносного и найти то качественно новое, что оказалось в средствах жанра оперетты. Они задумали героическую пьесу о блокированном городе, о балтийских моряках, о советской разведке и вражеском шпионаже. Соблюли главное в жанре: оптимистическое звучание произведения, правду характеров, цельность и напряжённость действия, его патетический, эмоциональный накал, требующий разрешения в музыке; смело отбросили штампы — каскадную пару, водевильную путаницу, любовный конфликт в финале второго акта.[31] Тему Балтики предложил старый балтиец Вишневский. Искренняя дружба актёров с балтийскими моряками, тесно скреплённая во время войны, когда концертные бригады театра переходили с корабля на корабль, делала и для театра эту тему весьма привлекательной.[32]

Постепенно стал вырисовываться план пьесы. И тогда решили, что ввиду сжатости сроков два первых акта будут писаться одновременно. Первый акт взял на себя Крон, второй — Вишневский. История театра вряд ли знает другой такой случай, когда акты пьесы создавались не последовательно, а параллельно.[33] Янет приступил к репетициям. Музыку писала бригада композиторов: В. Витлин, Н. Минх, Л. Круц. Жена Вишневского, художница Софья Касьяновна Вишневецкая, делала оформление.[31]

Долго выбирали название для пьесы. Наконец оно было найдено, образное и точное: «Раскинулось море широко». Пьесу поставили за двадцать два дня. Это был один из самых удивительных спектаклей в истории театра оперетты. Сначала казалось, что он был обречён на неудачу. Начать с того, что об определении его жанра теоретики спорят по сей день. Это явно не оперетта — здесь нет музыкальной драматургии; не комедия и не водевиль — слишком крупна тема и драматична ситуация; и не трагедия — конец благополучный. Да и как бы не определять жанр произведения, сама попытка решить тему блокады Ленинграда средствами музыкальной комедии у многих вызывала нарекания. Но никакие нарекания не могли отмести главного: спектакль завоевал всеобщее признание зрителей. Характеры и конфликт были выписаны драматургами ярко и законченно, и это обусловило отчётливую и стремительную режиссёрскую мысль.[34]

7-го ноября сорок второго года в осаждённом Ленинграде, вопреки недоеданию, обстрелам, пронизывающему холоду, возникло ощущение праздника. Радио транслировало приказы, музыку. Но одним из главных признаков торжества стали расклеенные по городу синие афиши с изображённым на них силуэтом военного корабля. Крупным шрифтом были набраны слова «Раскинулось море широко», напоминая старую матросскую песню прощания и тревоги. Премьера началась в пять часов пополудни. Обстрел в этот день, 7-го ноября, вёлся по городу яростный. Но кого в Ленинграде можно было испугать или хотя бы удивить обстрелом на втором году войны или осады? [35] Но премьера удалась. Овация шла за овацией.

«Этот спектакль интересен той своеобразной особенностью, — писал тогда в „Правде“ летописец и хроникер блокадного искусства Николай Тихонов, — что представляет картины не прошлого, не вчерашнего, а сегодняшнего дня города. Казалось бы, что средствами почти развлекательного характера трудно передать рассказ о защитниках Ленинграда, казалось бы, что сама мысль отразить героические черты моряков в куплетах и песенках, во всей шумной непрерывной пестроте музыкального комедийного спектакля не может иметь успеха. И однако это не так. Ленинградский великий оптимизм живёт в каждом жителе — защитнике города, и чувство меры, правильно приложенное к комедии, дало возможность написать, а артистам сыграть музыкальную комедию, где герои стали героями, злодеи раскрылись во всей своей черноте, картины борьбы не принижены танцами и песнями, и зритель оставляет театр бодрым, весёлым, уверенным…».[36]


На пути к победе

В январе 1943 года соединением Ленинградского фронта с Волховским было прорвано вражеское кольцо. Город начал свободнее дышать. Понемногу налаживался быт. Приносили бодрость и вести с фронта. Чувствовалось, что приближается великий перелом в ходе войны. В Ленинграде начал работать ещё один театр — Городской драматический, в помещении Пассажа, долго ещё после войны неофициально именовавшийся «блокадным». А в закалённом, видавшем виды Театре музыкальной комедии, всё ещё помещавшемся в здании Театра имени А. С. Пушкина, работа давно уже шла в полную силу. Готовилась одна из труднейших классических оперетт — «Летучая мышь» Штрауса.[37]

За несколько лет до войны композитор А. Рябов и либреттисты Л. Юхвид и Авах написали оперетту «Сорочинская ярмарка», продолжающую традиции классической украинской оперетты. Главный её интерес заключался в характерах, воплощая которые нужно было сохранить национальный дух и гоголевский колорит. В 1937 году «Сорочинскую ярмарку» поставил Ярон в Московском театре оперетты. В Ленинграде она не шла. И в конце 1943 года, когда началось победоносное шествие Красной Армии на запад и освобождение оккупированных фашистами областей, когда Украина снова становилась Советской, — гоголевское слово, гоголевская любовь к своей родине должны были зазвучать с новой силой. К этому произведению обратился Янет, для которого украинская тема всегда оставалась близкой. «Сорочинская ярмарка» вошла в историю Ленинградской музкомедии как один из самых слаженных по ансамблю и самых весёлых спектаклей. Премьера состоялась в ноябре. Спектакль был очень тепло принят зрителями и был последней постановкой 1943 года.[38]

1944 год в Ленинграде был особенным. В январе город был окончательно освобождён от фашистского окружения. В воздухе реяло предчувствие близкой победы. Ещё никто не говорил о конце войны; ещё не везде были закрашены красно-синие надписи на домах: «При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна»; ещё в квартирах и учреждениях стояли маленькие железные печки с длинными трубами, выведенными в зафанеренные окна; но в ритме строек и восстановления города, в ежевечерних салютах и самых будничных вещах, забытых за три года войны — в чистоте улиц, в нормальном электрическом освещении, в бесперебойной работе водопровода, в изобилии радостной музыки по радио, — угадывался грядущий близкий мир.

«Многое чувствует сейчас советский человек. В нём и оптимизм, рождённый верой в скорую блестящую окончательную победу нашего народа над врагом, и тревога за близких, гордое сознание силы и величия своей Родины и мечты о радостной встрече с тем, с кем разлучила его война. В час отдыха, придя в театр, он невольно ищет отзвука своим чувствам в спектакле и удовлетворён, если находит его». Так писал Янет в режиссёрской экспозиции «Дочери тамбурмажора», за возобновление которой он взялся в начала 1944 года. В старой классической оперетте о самоотверженных защитниках молодой Французской республики, об отце, нашедшем после долгой разлуки дочь, о любви дочери тамбурмажора и молодого лейтенанта революционных войск ему послышалась отдалённая перекличка с современностью. «Дочь тамбурмажора», показанная 10-го июня 1944 года, закрыла последний сезон в здании Театра драмы имени А. С. Пушкина. Осенью 1944 года, когда после трёхлетнего перерыва вернулись из эвакуации и возобновили работу все ленинградские театры, Музыкальная комедия возвратилась в свой стационар на улице Ракова, восстановленный усилиями всего коллектива. Последней премьерой военных лет была «Сирень-черёмуха», поставленная Янетом, — хороший, светлый реалистический спектакль о жителях маленького городка в далёком тылу, на Волге, по-своему участвующих в битве за Родину.[39]

Кончилась война. Период восстановления и реконструкции народного хозяйства не мог не стать таковым же для искусства. В таком гибком жанре, как оперетта, это сказалось особенно заметно. Реконструкция жанра, начавшаяся ещё в 30-е годы, продолжалась на новых началах — большей требовательности к драматургической и музыкальной форме, резкого расширения круга тем, большей идейной глубины и социальной остроты. Актёров ждала серьёзная работа над реалистическими образами советских и зарубежных современников.[40]

Сноски и источники

  1. Почётное звание присвоено указом президента России № № 324 от 17.03.2010
  2. ↑ Почётное звание присвоено указом президента России № 401 от 07 апреля 2005 года
  3. История театра
  4. 1 2 3 Владимирская, А. Р. Ленинградский театр музыкальной комедии. — С. 50.
  5. Театр Музыкальной комедии в годы блокады. — С. 8.
  6. Ленинградские театры в годы Великой Отечественной войны. — С. 260.
  7. Алянский, Ю. Театр в квадрате обстрела. — С. 64
  8. Ленинградские театры в годы Великой Отечественной войны. — С. 261.
  9. Крюков, А. Н. Музыкальная жизнь сражающегося Ленинграда: очерки. — С. 14.
  10. Владимирская, А. Р. Николай Янет. — С. 79
  11. Алянский, Ю. Театр в квадрате обстрела. — С. 64.
  12. Театр Музыкальной комедии в годы блокады. — С. 28.
  13. 1 2 Крюков, А. Н. Музыкальная жизнь сражающегося Ленинграда: очерки. — С. 16.
  14. Азаров, В. А музы не молчали! Эстафета памяти. — С. 26.
  15. Алянский, Ю. Театр в квадрате обстрела. — С. 67-68.
  16. Ленинградские театры в годы Великой Отечественной войны. — С. 267.
  17. Крюков, А. Н. Музыка в кольце блокады: очерки. — С. 63.
  18. Ленинградские театры в годы Великой Отечественной войны. — С. 268.
  19. Театр Музыкальной комедии в годы блокады. — С. 36-37.
  20. Крюков, А. Н. Музыка в кольце блокады: очерки. — С. 63-64.
  21. Театр Музыкальной комедии в годы блокады. — С. 37-38.
  22. Ленинградские театры в годы Великой Отечественной войны- С. 268—269.
  23. Крюков, А. Н. Музыка в кольце блокады: очерки. — С. 64-65.
  24. 1 2 Театр Музыкальной комедии в годы блокады. — С. 39.
  25. Музыка продолжала звучать. Ленинград. 1941—1944. — С. 18.
  26. Ленинградские театры в годы Великой Отечественной войны — С. 269—270.
  27. Владимирская, А. Р. Николай Янет — С. 80.
  28. Крюков, А. Н. Музыка в кольце блокады: очерки — С. 65.
  29. Владимирская, А. Р. Николай Янет — С. 80-81.
  30. Владимирская, А. Р. Звёздные часы оперетты — С. 178.
  31. 1 2 Владимирская, А. Р. Николай Янет — С. 81-82.
  32. Ленинградские театры в годы Великой Отечественной войны — С. 273.
  33. Алянский, Ю. Театр в квадрате обстрела. — С. 66.
  34. Владимирская, А. Р. Николай Янет — С. 82.
  35. Алянский, Ю. Театр в квадрате обстрела. — С. 74.
  36. Алянский, Ю. Театр в квадрате обстрела. — С. 80.
  37. Владимирская, А. Р. Николай Янет. — С. 87.
  38. Владимирская, А. Р. Николай Янет. — С. 93-96.
  39. Владимирская, А. Р. Николай Янет. — С. 97-99.
  40. Владимирская, А. Р. Николай Янет. — С. 101—102.

Литература

  • Азаров, В. А музы не молчали! Эстафета памяти / Вс. Азаров; худож. Д. А. Аникеев. — М.: Советская Россия, 1987. — 78, [1] с. — (Время. Характер. Судьба.)
  • Алянский, Ю. Театр в квадрате обстрела / Ю. Алянский. — Л.: Искусство, Ленинградское отд-ние, 1985. — 189, [3] с.: [16] л. ил.
  • Владимирская, А. Р. Николай Янет / А. Владимирская. — Л.; М.: Искусство, 1965. — 127, [1] с.: [16] л. ил.
  • Владимирская, А. Р. Звёздные часы оперетты / А. Владимирская. — 2-е изд., испр. И доп. — Л.: Искусство, Ленинградское отд-ние, 1991. — 217, [4] с.: ил.
  • Владимирская, А. Р. Ленинградский театр музыкальной комедии / А. Р. Владимирская. — Л.: Искусство, Ленинградское отд-ние, 1972. — 181, [1] с.: [12] л. ил.
  • Крюков, А. Н. Музыка в кольце блокады: очерки / А. Н. Крюков. — М.: Музыка, 1973. — 156, [3] с. [8] л. ил.
  • Крюков, А. Н. Музыкальная жизнь сражающегося Ленинграда: очерки / А. Крюков; Ленинградский гос. Ин-т театра, музыки и кинематографии. — Л.: Советский композитор, Ленинградское отделение, 1985. — 119, [1] с.: [8] л. ил.
  • Ленинградские театры в годы Великой Отечественной войны / [ред. П. Т. Щипунов]. — Л.; М.: Искусство, 1948. — 548, [2] с.: ил.
  • Музыка продолжала звучать. Ленинград. 1941—1944. / сост. А. Крюков. — Л.: Музыка, 1969. — 293, [3] с.: [8] л. ил.
  • Театр Музыкальной комедии в годы блокады / ред.-сост. Е. Ильмас, З. Габриэльянц, К. Герцфельд. — Л.: Искусство, Ленинградское отд-ние, 1973. — 86, [1] с.: [6] л. ил.

Ссылки

  • Афиша театра

Tags: Театр музкомедии санкт-петербург фото зала, театр музкомедии санкт-петербург афиша на март 2016, театр музыкальной комедии афиша на январь 2016 спб.